Владимир, Сын Волка 5 (СИ) - Ибрагим Нариман Ерболулы "RedDetonator". Страница 11

Словения, Хорватия, а также Босния и Герцеговина, по умолчанию, уходят к НАТО — там сильно влияние альянса, поэтому с этим уже ничего не поделать.

Но Союзное государство Югославия к НАТО уйти не может, потому что Клинтон уже имел неосторожность высказаться о том, что Черногория и Косово — это не естественные территории Югославии и их народы имеют право на самоопределение.

Что-то с этим делать Клинтон точно не будет, не сейчас, но почва уже создаётся…

— То есть, ты предлагаешь мне сделать Югославию верной собачкой СССР, как перечисленные тобою страны? — уточнил Милошевич.

— Если ты видишь это так — ладно, — разведя руками, ответил Жириновский. — Но на Балканах очень опасно оставаться в одиночестве. Когда они придут за тобой, я умою руки и отвернусь, чтобы не смотреть на то, что будет дальше…

Слободан задумался.

— Пойми одно — придётся выбрать чью-то сторону, — продолжил Владимир.

Он видит в Югославии небольшой противовес НАТО на Балканах.

НАТО расширится на бывшие югославские республики, за вычетом самой Югославии, а она станет противовесом им, а также постоянным беспокоящим фактором для Италии, члена НАТО.

Военно-морская база в Черногории, в порту Тивата, будет контролировать Адриатическое море — не прямо контролировать, но, в случае чего, иметь возможность парализовать региональную логистику.

— Ах, да… — вспомнил Владимир. — Ещё нам нужна будет часть территории аэропорта Тиват. Мы обязуемся на свои средства построить военный аэродром.

НАТО это очень сильно не понравится, она будет возмущаться и осуждать действия Советского Союза, но Жириновскому плевать — всё-таки, он «безумный президент».

Но это будет «ценой» за благоприятный для Запада исход Югославских войн…

Всё-таки, Запад уже не так воинственен, как раньше — берёт своё «зрелый капитализм», а также уже идущая глобализация.

Глобализация — это генеральная линия развития, которая напрашивается давно и обещает решить назревающие проблемы Запада.

В этот процесс активно включается КНР, которая чуть ли не лопается от обилия товаров, требующих сбыта на мировых рынках.

Эскалация конфликта с СССР — это плохо для вожделенной глобализации, а значит — это совсем не нужно.

— У нас есть долги перед западными кредиторами… — произнёс Милошевич.

Жириновский довольно заулыбался.

Он точно знает, сколько именно должна Югославия — 9,5 миллиардов долларов США, если в пересчёте со всех валют, в которых брал долги ещё Тито.

Это примерно 80% от ВВП Югославии, но ещё сильно повезло, что долг не стали вешать на одну только Югославию — его разделили между бывшими республиками, пропорционально доле республик в численности населения.

Как бывшие югославские республики будут выплачивать свои части — это десятое дело. Жириновскому было очень интересно, как Милошевич будет платить по счетам и он попросил ГКО подсчитать, как Югославия могла бы справиться с этим.

Долг размером в 80% от ВВП страны, гиперинфляция, отрицательный рост ВВП, примерно минус 20% в прошлом году — это классическая долговая спираль, (1) по которой Югославия катится в пропасть.

Дефолт неизбежен, и Милошевич уже начал готовиться к этому.

— А вот это уже другой разговор, Слободан… — произнёс Владимир. — Советский Союз может помочь тебе справиться с кризисом, но будут особые условия и требования.

— Чего ты хочешь, Владимир? — спросил Слободан.

— Мы возьмём на себя твой долг, — ответил Жириновский. — Часть выплатим, за часть выступим гарантом, с постепенным погашением за наш счёт, но взамен мы требуем глубоких реформ, а также полной лояльности. Нам нужен «маленький СССР» на Балканах, то есть, надёжный форпост, экономика которого будет процветать, а армия будет очень сильна и довольно-таки многочисленна. Никакой внешнеполитической самостоятельности, естественно, не будет. Советский Союз скажет бежать — Югославия бежит, Советский Союз скажет стоять — Югославия стоит. Полное внешнеполитическое и внутриполитическое подчинение. Тебе лично я гарантирую власть в Югославии, пока тебе не надоест или ты не помрёшь от старости. Эта власть будет гарантирована, но ограничена.

— Власть верной собачки СССР, — констатировал Милошевич.

— А как ты хотел? — задал Владимир риторический вопрос. — Не я создал эти условия — вы сами их создали. Запад хочет уничтожить Югославию, чтобы плотно контролировать Балканы, а Советский Союз хочет не позволить этому случиться. И запомни одно, Слободан: я могу дождаться твоего свержения и договориться с кем-то, кто придёт после. Я прекрасно знаю, какую политику будет вести Запад в отношении Югославии, поэтому мне нужно лишь подождать. Но я хочу помочь тебе сохранить страну и гордость сербского народа. От твоего решения зависит то, будет ли у Сербии, которая останется от Югославии после действий Запада, «потерянное десятилетие» или она просуществует всё это время в стабильности и благополучии. Тебе решать, Слободан. Я могу ждать очень долго. А ты можешь?

*СССР, РСФСР, Москва, Кремль, Сенатский дворец, 4 июля 1994 года*

— Мы можем себе это позволить, — утвердительно произнёс Жириновский.

— Да, это не является проблемой, — ответил ему Виктор Штерн. — Мы готовы к чему-то подобному, поэтому просто выделим средства из резерва.

Слободан Милошевич, тщательно изучив и оценив состояние своей экономики, пришёл к выводу, что дефолт его власть может и не перенести, поэтому решил, что предложение Жириновского не такое уж плохое.

Владимир знает, что положение Югославии не такое плохое, каким могло бы быть, продлись эта война хотя бы на пару лет дольше, но долговая спираль уже стала самоподдерживающейся, поэтому дефолт неизбежен.

ГАУ КГБ оценило риски дезинтеграции режима Милошевича в случае дефолта в 60–70%.

— И военно-морскую базу? — уточнил Жириновский.

— И военно-морскую базу, — кивнув, ответил Штерн. — Мы потратим на всё это не более 20% наших валютных резервов. Полное восполнение их произойдёт в течение следующих семи лет. Но повторять подобные действия нежелательно — это не было предусмотрено годовым планом.

— Да, пока что, достаточно авантюр, — согласился с ним Владимир.

Несмотря на то, что схема с биржей, постепенно, прекращается, то есть, КГБ планово сокращает вывод средств через подставные компании и фонды, за рубежом, в нелегальных хранилищах, всё ещё хранятся сотни миллионов долларов в разных валютах.

Часть их конвертируется в золото, которое потом скрытно ввозится в СССР, после чего переплавляется в советские слитки и помещается в резерв.

Благодаря этому стабильному пополнению золотого резерва, Советский Союз более уверенно продаёт золото за валюту и потом расплачивается ею по своим займам или тратит её на различные проекты.

Но совсем необязательно тратить на такое золото — западные страны готовы кредитовать СССР, так как он показал устойчивый и хороший годовой рост ВВП. А если ВВП растёт, то это, в большинстве случаев, значит, что дела у страны идут хорошо и она способна вовремя платить по процентам.

1992 год закончился нулевой отметкой роста ВВП — это было грандиозное событие, которое Жириновский праздновал тихо, чтобы население ничего не заподозрило.

Это было тихим праздником потому, что в 1990-м году рост ВВП был отрицательным — минус 3,5% в год.

Население ведь до сих пор пребывает в иллюзии, будто с экономикой всё всегда было хорошо, даже при Горбачёве, а сейчас просто стало сильно лучше…

Реальность же была такова, что Союз находился на грани экономического коллапса.

За два тяжелейших года, полных тяжёлых решений, удалось остановить падение, а уже 1993-й год закончился со значением целых 2,7% роста ВВП.

Главная заслуга в таком росте принадлежит кумулятивному эффекту от модернизации и оптимизации тяжёлой и лёгкой промышленности, а также сельского хозяйства.

В частности, 73% всей тяжёлой промышленности переведены на природный газ — до цели в 90% ещё далеко, но положительный эффект на экономику уже оказывается.