Будь со мной - Винтер Марта. Страница 4

Сначала он просто встал и ушел. Я думала отойдет, ну, подумаешь, так сильно удивился, что ушел курить и решил прогуляться. Вот только потом он стал игнорировать меня по телефону и нехотя, через раз, отвечал на сообщения. А вскоре заявил, что все кончено, потому что ребенок не его – мол, бесплоден, и вообще, после одного раза да еще и в резине это невозможно.

Но результат был и рос день ото дня. И пока я одна принимала судьбоносное решение, он «был в шоке». И потом, видимо, тоже.

– Ника, ты как?

– Нормально, – почувствовала как рядом чуть прогнулся диван, а на плечо легла рука Ильи.

Маруся заснула.

– Он сильно вас напугал?

Я осторожно, стараясь не разбудить дочь, села на диване, обняв колени.

– Нет, все нормально.

– Долго будешь врать?

Посмотрела Илье в глаза:

– Я очень сильно напугалась, что он ей – кивнула на малышку. – навредит.

– Все уже хорошо. Сегодня он точно больше не придет, ты можешь поспать.

Кивнула. Поднялась с дивана и переложила Марусю в кроватку.

– Она очень на тебя похожа, – я и не заметила, как подошел Илья.

Впрочем, не заметила я еще и когда он успел положить руку мне на талию. Осторожно, так, будто это что-то привычное. Без намеков и какого-либо подтекста. Мы стояли и смотрели, как кроха спокойно сопит, пока у меня не запел телефон. Начала было убирать мужскую руку с того места, что принято называть талией, но меня только сильнее притянули.

– Может, не стоит?

– Надо. Просто так мне не звонят.

Отпустил. Когда добралась до телефона и посмотрела на дисплей, замерла, словно кролик перед удавом. На экране высвечивалось фото Марка. Мой ступор не укрылся от Ильи, он подошел и почти сразу все понял, забрал у меня телефон и выключил звук.

– Даже если ты хочешь с ним поговорить, он все еще пьян.

Кивнула.

– Я могу остаться с тобой до утра, но только если ты сама этого хочешь. Просто буду рядом.

Было очень страшно остаться одной – а вдруг Марк вернется, и я снова кивнула:

– Хочу.

– Ты сегодня ела?

– Наверное, – я задумалась, но не поняла где сегодня, а где было вчера.

Мы пошли на кухню, но Маруся начала недовольно кряхтеть, так что дойти не удалось. Малышка снова проснулась. Как оказалось, проблема была в полном памперсе. Странное дело, но Илья даже поучаствовал в переодевании и мытье младенца. Пока играли с дочерью, я умудрилась заснуть. Проснулась через несколько часов, рядом лежал Илья. Он не спал, играл с малышкой, водил погремушкой из стороны в сторону.

– Давай мы с тобой еще поиграем, чтобы не будить маму. У нее сегодня был сложный день. А когда она проснется, то обязательно сделает все, что тебе нужно.

– Я не сплю.

– А зря, – мужчина хитро улыбнулся. – Пользовалась бы случаем, пока я здесь.

– Я и пользуюсь. То завтрак, то продукты, то чай. Ты, прям, незаменим в хозяйстве.

– И не только в хозяйстве. Я вообще многофункционален! – мужчина рассмеялся. – Ник, что будешь с этим клоуном делать?

– Не знаю, – я потянулась к Марусе, – Давай, покормлю, – взяла ее на руки. – Все как-то очень запутанно.

– Проще некуда. Сейчас ты решаешь, будет он в вашей жизни или нет.

– Я не знаю.

Из-за того, что Марк донимал меня звонками, а я как последняя трусишка, их игнорировала и тряслась дома от каждого шороха, Илья оставался у нас уже несколько дней подряд. Стало спокойнее, но невозможно откладывать неприятный разговор вечно. Правда, я надеялась, что со временем Марка отпустит и он просто снова пропадет.

Трусливо – да. Но ни сил, ни желания общаться так, как он предлагал, у меня не было. Илья же предпочитал оставить решение этого вопроса на меня. Полностью, окончательно и бесповоротно. Мол, у нас своя ячейка общества, а он готов решать такие вопросы только в своей семье, поэтому даже советовать ничего не стал. Было слегка обидно, эту ответственность очень хотелось на кого-нибудь спихнуть, но мужчина был совершенно прав.

– Я не могу решать это за вас, но ты всегда можешь дать мне эту власть. Сама, – говорил он.

Мы лежали на диване рядом. Близко, но одетые и было очень комфортно и спокойно. Он приобнял меня и придвинул к себе так, что между нами еще оставалось место, но я уже лежала на его руке.

– Если хочешь, можете переехать ко мне. У меня там домик, никто не сможет вас там донимать.

Я повернулась к нему:

– А что если я соглашусь?

– Соглашайся. Собирай вещи и поедем.

– Зачем тебе это?

– Ника, – он аккуратно взял мой подбородок руками. приподнял, заглядывая в глаза, – ты совсем не понимаешь? Я развелся только потому, что жена не хотела детей. Я вижу, как ты любишь свою дочь, как вам обеим нужен мужчина. Да и в конце концов я уже столько раз открытым текстом звал тебя замуж.

– Я думала, ты шутишь.

– Я заметил, что ты совсем не понимаешь мужчин, и не видишь многих очевидных вещей, – он медленно приблизился ко мне, сначала еле уловимо, а затем увереннее коснулся моих губ своими. Прикусил нижнюю, чуть потянул. Еле сдержалась, чтобы не застонать. – Ммм… Голодная девочка. Я могу тебе помочь, – прошептал в губы.

Черт. Его слова будто бы пронзали насквозь. Он отпустил мой подбородок, нежно провел пальцами, обводя контур лица. Я закрыла глаза от удовольствия.

– Ника… – и снова этот пронзающий шепот, – Одно твое слово, и я остановлюсь.

Снова целует. Осторожно касается губ своими теплыми и чуть шершавыми, слегка надавливает и проникает языком внутрь. Едва касаясь, проводит своим языком по моему, невольно у меня вырывается стон. Чувствую, как грудь набухает, а в это время Илья становится все менее сдержанным. С каждой секундой в его движениях становится все больше страсти. Отвечаю также увлеченно.

И тут просыпается Маруся. Возмущенный крик малышки отрезвляет не хуже ведра ледяной воды. На голову.

Встаю, чтобы покормить кроху. Следом с дивана поднимается Илья.

– Я могу помочь.

– Хорошо, – улыбаюсь, только что между нами укрепились те самые нити, что связывают людей, – подай пеленку, нужно ее переодеть.

– Постелить на диван по горизонтали?

– Да, – улыбка становится шире.

Как же это приятно!

Мужчина стелет пеленку ровно так, как нужно. Я быстро переодеваю дочь, а в это время она что-то увлеченно гукает Илье. Пока разбираюсь с мокрыми вещами, мужчина осторожно берет малышку на руки и она… улыбается! Осознанно и глядя ему в глаза!

Заснула Маруся почти сразу, как наелась. Мы же ушли на кухню за чаем. Пока я распаковывала пакетики и ложила их в кружки, Илья вплотную подошел ко мне сзади, сначала аккуратно обнял, а затем медленно гладил, приподнимаясь к груди.

– Не знал, что можно быть такой соблазнительной в такой одежде и с двухмесячным ребенком на руках…

– Ах… – он прошелся по груди и стал спускаться ниже, – растянутые треники… да… – медленно проводит рукой по внутренней стороне бедра, – ммм… очень сексуально… и запасные килограммы…

Как же долго мое тело оставалось без внимания, как долго у меня не было мужчины. Наверное, поэтому такая реакция на все его касания.

– Ты всегда можешь меня остановить, – шепчет, задевая дыханием мочку уха, чуть прикусывает, опускается ниже, прокладывая дорожку поцелуев.

Хочу повернуться к нему, но не дает. Проводит по бедру с внешней стороны, гладит попу, прижимается ко мне явно с намеком. Чувствую его возбуждение, чуть прогибаюсь в спине. Снова наклоняется к моей шее, проводит языком, аккуратно прикусывает. Опускает руку, проводит по внутренней стороне бедра, расстегивает джинсы и запускает в них руку. Не теряя времени, касается пальцами влажных складок, проводит по ним, затем повторяет движение, отодвинув трусики в сторону. И снова, но уже чуть надавливая, проникая внутрь. По телу разливается приятная истома, колени подгибаются, Илья касается чувствительного холмика, массирует его легкими круговыми движениями.

– Ты такая влажная, – снова намекает мне на свою устойчивую позицию по этому поводу, – как ты относишься к этому столу?