Черная Бетти - Мосли Уолтер. Страница 2

Если бы ваш приятель стал ухаживать за Бетти, то вам оставалось бы только посочувствовать ему, заведомо обреченному на несчастье. Было в ней что-то такое, от чего мужчины бесились. И она щедро одаривала их своими прелестями. Достаточно какому-нибудь мужчине угостить ее ужином или выпивкой, и она охотно отдастся ему, готовая провести с ним понедельник, вторник, среду и четверг. Словом, сутки напролет. Хотя при этом не из тех, кто сидит дома, а потому с наступлением пятницы, когда карманы дружка пустели, Бетти исчезала. Все просто: после заката Бетти и Марлон (она считала его почти что братом) окунались в ночную жизнь. И если денег не было у одного мужчины, они находились у другого, и тот охотно платил за удовольствие.

В те времена не так много цветных мужчин могли позволить себе долго наслаждаться Бетти. Часто по ночам вчерашние ухажеры нападали на сегодняшних ее поклонников. Три раза в неделю из-за Бетти возникали кровавые потасовки, но если это как-то и затрагивало ее, то она никогда не подавала вида.

Когда-то я – двенадцатилетний неотесанный подросток – видел, как она фланирует по деревянным тротуарам Пятого района Хьюстона. Потрясная женщина, таких я прежде никогда не видел. В черных кружевах, перчатках и мехах. И от нее исходил такой волшебный аромат, что я забывал, где нахожусь. Происходило это перед баром «Корчеран», на улице Бленфорд. Уверен, что у меня, наверное, раздувались ноздри, когда я, опешив, уставился на нее.

А она спросила:

– Куда ты смотришь, мальчик?

– На вас, мадам.

– Я тебе нравлюсь?

Я сглотнул.

– Угу, да, мэм. Вы, пожалуй, самая красивая на свете.

– Пожалуй?

Я был сокрушен, раздавлен. Мне следовало сказать «самая красивая». Она и была самая красивая. Я разом лишился шанса еще хоть однажды удостоиться ее внимания.

– Пошли, дорогуша, – позвал ее спутник.

Бетти его не послушала. Подошла и поцеловала меня. Прямо в губы. Даже высунула язычок, но я не успел вовремя приоткрыть рот. Когда она отошла, я упал на землю, потому что думал, что она обнимет меня. Но она этого не сделала.

Все мужчины, находившиеся поблизости, смеялись надо мной. А Бетти не смеялась. Ее растрогала моя реакция на поцелуй. Я готов был пасть перед ней на колени. Выпрыгнуть из окна за этот поцелуй.

До меня донесся голос Линкса:

– Вы знаете ее, мистер Роулинз?

Пока я рассматривал фотографию, наступил рассвет. Мимо проехала машина, из которой на мою и соседнюю лужайки бросили газеты. Почти сразу из своего дома выскочила тощая белая женщина, чтобы забрать газету. Миссис Горн страдала бессонницей и, похоже, давно ждала момента, чтобы дорваться, наконец, до новостей.

– Я ее не помню, – ответил я.

– Нуууу, – протянул он и сделал порядочную паузу, будто колебался, стоит ли мне верить. – В общем-то, это не имеет значения. Вы славитесь умением отыскивать людей в цветном квартале. Поэтому мы и обратились к вам.

– Кто это «мы»?

– Я единственный, с кем вам придется иметь дело.

– Что она натворила?

– Насколько мне известно, ничего. Почти все время, что находилась здесь, она работала у одной женщины. Но что-то случилось. Мисс Иди исчезла, а ее хозяйка хочет, чтобы она вернулась. – Сол Линкс улыбнулся и любовно погладил нос. – Она не оставила своего нового адреса, а в телефонном справочнике не значится имя Элизабет Иди.

– У кого она работала?

– Не могу этого сказать.

– Угу. – И сколько вы готовы заплатить за то, чтобы ее найти?

– Двести долларов прямо сейчас и еще двести, когда вы ее найдете. – Он потыкал в меня своим крошечным пальчиком. – Но все надо провернуть оперативно. Насколько я понимаю, оплачивающая расходы женщина желает как можно скорее отыскать мисс Иди.

– Ну, и насколько же вы понимаете?

– Видите ли, с женщиной я практически не знаком. Она вышла на меня через своего адвоката. – Он достал из кармана брюк небольшую пачку купюр, протянул их мне и пояснил: – Вот задаток двести долларов.

Это было больше суммы, оставшейся у меня на счете в банке. Когда-то я купался в доходах от сдачи в аренду принадлежащих мне квартир, приобретенных на шальные деньги, которые свалились на меня в 1948 году. С тех пор я здорово поиздержался, ввязавшись в операции с недвижимостью. Практически разорился. У меня даже не было собственного дома. Приходилось снимать жилье. Три раза в неделю мы ели на обед бобы с рисом.

Я поставил на стол пепельницу и взял банкноты, слегка отсыревшие у него в брюках.

– Могу попробовать, – неопределенно пробормотал я. – Но прежде мне необходимо самому переговорить с адвокатом. Как, вы сказали, его зовут?

– Мы вернемся к этому вопросу, когда вы найдете Иди. Но я сообщу ему о вашем желании встретиться с ним. – Линксу было абсолютно наплевать на мои пожелания. – Как ему с вами связаться?

Я назвал номер своего телефона. Мистер Линкс относился к числу тех людей, которые не делают записей.

– Как вы нашли меня, мистер Линкс? Моего адреса нет в справочниках.

– Вы знаменитый человек, мистер Роулинз.

И он достал из бокового кармана потрескавшийся кожаный бумажник, а из него – замусоленную, в пятнах, визитную карточку, тоже отсыревшую. На ней значился номер телефона и адрес на Венис-Бич. Как ни странно, ни имени, ни фамилии указано не было.

– Это – Л-и-н-к-с. Позвоните мне, когда что-нибудь обнаружите. Не мешкая.

– Откуда вы знаете, что я не присвою себе эти деньги, а потом скажу, что вы их мне задолжали?

Сол Линкс посмотрел на меня в упор, благодушная улыбка слетела с его лица.

– Я могу ошибаться, но готов поклясться, что вы – человек слова, мистер Роулинз. К тому же есть возможность заработать еще двести долларов.

– Ну, может быть, и так. А как вы думаете, я смогу отыскать некую женщину среди населения в два с половиной миллиона человек? Вы должны хоть что-нибудь рассказать мне о ней.

Я уже знал, как займусь поисками Бетти, но мне было интересно, что известно о ней этому белому человеку. Он догадался о моей уловке. На его губах заиграла улыбка – некое подобие уважения.

– Простите, мистер Роулинз, мне известно только одно: у нее водятся друзья в негритянской среде. Может быть, кто-нибудь из ваших знакомых опознает ее по фотографии.

Я бы вернул ему деньги, но меня осенила догадка. По поводу того, как он меня разыскал. И непреодолимое желание увидеть Бетти теперь, когда я стал зрелым мужчиной.

– Мы звякнем вам, – пообещал я.

Линкс прикоснулся ко лбу в шутливо-приятельском приветствии.

– Но не забудьте. Жду результатов как можно скорее.

Он улыбнулся и вышел. Я смотрел, как он садится в удивительно маленький автомобиль ржаво-коричневого цвета. Какой-то иностранной марки. Я так и не понял, какой именно. Когда он отъехал, миссис Горн вышла из дома. По-моему, из любопытства. Увидев, что я стою на улице чуть ли не голый, она побледнела еще больше. Не знаю уж, чего она там себе надумала. Я улыбнулся и окликнул ее, но она поспешно убралась в свой дом.

Я подобрал свою газету и просмотрел заголовки. Россия только что произвела ядерный взрыв. Третий в этом месяце.

Глава 2

Несмотря на раннее утро, в доме было жарко, и у меня от обезвоживания слегка кружилась голова. Я знал о существовании этого захудалого сыщика, но он представлялся мне не вполне реальным, как сны об убийстве Бруно.

Детишки еще спали в комнате Джезуса. Я набросил халат и погрузился в чтение «Гекльберри Финна», которого приобрел в книжном магазине Санта-Моники. Некоторые либеральные библиотеки, да и школьная система, стремились запретить эту книжку из-за ее расового содержания. Либерально настроенные белые и черные пытались вытравить расизм из памяти народов мира. Я приветствовал это, хотя мне книга запомнилась не только проявлениями расизма, описанными в ней. Достаточно вспомнить сцены на реке, там Джим и Гек предстают истинными друзьями. Я и сам мог бы оказаться одним из них.